Просвещение
Болезненный поповский сын из деревни Черкутино Владимирской губернии стал вторым лицом в империи благодаря жажде знаний. Успешно окончив курс Владимирской епархиальной семинарии и проявив «острую понятливость», он был направлен в Петербург. Программа столичной Главной семинарии наряду с теологией, метафизикой и историей философии включала такие дисциплинирующие ум предметы, как математика, механика и опытная физика, не говоря уже об обязательных древних языках (латынь, греческий, еврейский, церковнославянский) и французском. Позднее Сперанский выучил английский, чтобы дочь говорила с ним на языке матери, и немецкий, чтобы читать Канта, занимался испанским.
Страсть к учёбе и обучению других сохранилась в нём на всю жизнь. По окончании курса в 1792 году Сперанский получил место преподавателя красноречия, математики и физики, а затем и философии. Спустя время вышел из духовного звания с одной целью — уехать учиться в Германию, однако судьба распорядилась иначе…
Даже свою государственную деятельность Сперанский, видя в основе всех бед отсутствие воспитания и образования, начал с попыток изменить образовательную систему. Им была составлена записка «Об усовершенствовании народного воспитания» (1808), а чуть позже — проект Царскосельского лицея, главной целью которого была подготовка настоящих государственников. Сперанский был и автором знаменитого указа «Об экзаменах на чин» (1809), вводившего образовательный ценз для российского чиновничества.
Кто не умеет говорить, карьеры не сделает
Школой бюрократии для Сперанского стала служба у князя Алексея Куракина. С честью пройдя испытание — написав за ночь 11 длинных содержательных и изысканных по слогу деловых писем, — выпускник семинарии в 1795 году стал секретарём вельможи и учителем русского языка для его племянников, одним из которых был Сергей Уваров, будущий министр народного просвещения. Присутствуя на обедах покровителя, секретарь обзавёлся нужными связями. После получения Куракиным должности генерал-прокурора, возглавил его канцелярию, а ещё через два года стал статским советником и правителем канцелярии особой комиссии, занимавшейся снабжением столицы всем необходимым и её благоустройством. Одновременно имел придворную должность герольда ордена Святого Андрея Первозванного.
Увлёкшись составлением официальных бумаг, Сперанский фактически оказался отцом делового русского языка, продолжая оттачивать свой стиль и в других жанрах. Он писал стихи, статьи и заметки обо всём на свете; был редактором прогрессивного «Санкт-Петербургского журнала», выходившего под покровительством цесаревича. Наконец, в 1844 году в Петербурге была опубликована монография Сперанского под названием «Правила высшего красноречия», написанная им в 1792 году. По мнению современников, любые его выступления отличались несокрушимой логикой и ясностью.
Дни Александровы
С воцарением Александра I карьера Сперанского стремительно пошла в гору. Продолжая канцелярскую работу, он вошёл в ближний круг графа Виктора Кочубея, члена Негласного комитета при императоре, призванного реформировать государственное управление, позднее — оказался под началом того же Кочубея в Министерстве внутренних дел. Стремления к реформам подпитывались масонской идеей всеобщего блага, которую разделял не один Сперанский, мастер стула (то есть высший офицер) Великой ложи, но и его современники. Чиновник составил множество записок о просвещении, общественном мнении, гражданских свободах, конституции («коренной закон государства»), судебной системе, ряд положений которых не утратил актуальности и сегодня. В них ясно звучит критика крепостничества и деспотизма, необходимость эволюционного пути и признание европейских ценностей. Сперанскому приписывают текст указа «О вольных хлебопашцах» 1803 года.
В 1806 году, благодаря Кочубею, который из-за болезни выговорил право посылать на доклад к императору своего помощника, состоялось личное знакомство Сперанского с государем, который начал поручать ему как «частные дела», так и работу в ряде комиссий и комитетов. С 1808 года чиновник был назначен в Комиссию по составлению законов и приближен ко двору. Кроме того, он сопровождал Александра в поездках, в частности, при свидании с Наполеоном в Эрфурте. Сперанский произвёл глубокое впечатление на французского императора, одарившего его золотой табакеркой.
По возвращении Сперанский стал товарищем министра юстиции и приступил к подготовке общей политической реформы. Составленное им «Введение к уложению государственных законов», казалось, полностью отвечало намерениям государя. В 1810-м, после учреждения Государственного совета, реформатор был назначен государственным секретарём, фактически — первым чиновником империи, при этом выступая советником царя и продолжая инициировать всё новые указы, знаменовавшие собой всё новые изменения.
Педантизм и скромный образ жизни позволяли Сперанскому работать по 18 часов в сутки, что и было второй, после постоянной учёбы, причиной его успехов.
Опала
Обострённое чувство собственного достоинства и серьёзные амбиции смешивались у Сперанского с чувством превосходства, что не способствовало сближению с людьми и порождало нелепые слухи и сплетни о самом реформаторе. Настоящий переполох в придворной среде вызвали попытки реформ. Всё это послужило концу придворной и чиновной карьеры Сперанского, которому в период обострения русско-французских отношений припомнили внимание Наполеона.
Интриги плели как личные недоброжелатели и завистники реформатора, так и принципиальные противники модернизации и европеизации России. Им удалось рекрутировать в свои ряды Николая Карамзина, убеждённого, что любые перемены есть зло. Всё это легло на подготовленную почву: Александр I всё больше склонялся к консервативной программе, всё дальше уходил от «духа европеизма», всё чаще осуществлял ротацию «ближнего круга» и всё сильнее страдал подозрительностью.
Получив к 40-летию орден Святого Александра Невского, весной 1812 года Сперанский был не просто отстранён от должности, но и выслан из столицы в Нижний Новгород. Его попытки оправдаться перед государем были тщетны. Между тем Александр не списывал реформатора со счетов. В 1816 году императорским указом он был назначен губернатором Перми, в 1819-м — генерал-губернатором Сибири. Любопытно, что ходатаем перед государем по делам прогрессивного чиновника все эти годы был главный злодей российского XIX века граф Аракчеев.
Ознакомительная поездка по краю позволила Сперанскому выявить многочисленные нарушения, принять ряд мер по искоренению коррупции, встретивших одобрение в столице, но главное — подготовить развёрнутые предложения по управлению Сибирью. Итогом стал обширный отчёт, представление которого императору послужило в 1821 году поводом к возвращению чиновника в столицу, то есть — реабилитации Сперанского. Тогда же дочери его было даровано звание фрейлины императрицы. Данные отчёта легли в основу разработанной позднее так называемой сибирской реформы.
По возвращении в Петербург Сперанский первое время играл роль доверенного лица государя, но вернуть прежнее положение ему не удалось. Чиновник был назначен в департамент законов Государственного совета, в ряд других комиссий и комитетов, занимавшихся самыми разными делами, от управления инородцами до тарифного законодательства и финансов. Однако чем дальше, тем больше император отдалялся от своего настойчивого советника. В конце концов оба стали избегать друг друга.
Свод законов
Каждое новое правление начинается с благих намерений. Николай I поставил задачей продолжение начинаний своего брата. Первым делом создал особый комитет по реформе государственного управления; вторым — так называемое Второе отделение Собственной его императорского величества канцелярии для кодификации законов. В оба был назначен Сперанский, к которому император, испытывая ужас перед любой либеральной идеей, относился без симпатий, однако других с такими знаниями и опытом просто не было.
Впрочем, и Сперанский изменился, из либерала-реформатора он превратился в бюрократа-реалиста, опасавшегося невзгод и желавшего осуществить хоть часть своих намерений. Он прошёл испытание, подготовленное царём, — составил манифест от 14 декабря 1825 года, отредактировал документ об учреждении суда над декабристами и проголосовал за смертную казнь для изменников, в числе которых находились его приятели. При вынесении приговора плакал, а после того его никто никогда не видел улыбающимся…
К 1830 году Второе отделение завершило работу, и в 1832-м свет увидели 45 томов Полного собрания законов Российской империи с 1649 по 1825 год, а чуть позже — 15-томный Свод законов. Львиную долю работы исполнил Сперанский, снискав себе славу главного российского законодателя и получив в 1839 году от императора графский титул. Изданию он с иронией предпослал девиз: «Свод новый, законы — старые».
Параллельно Сперанский продолжал составлять записки по самым разным поводам, преимущественно административным, куда более осторожные, чем прежде. Одновременно он сделался наставником в юридических науках цесаревича Александра, будущего царя-реформатора.
В 1839 году Сперанский скончался в Петербурге. Подорванный неустанной работой организм не выдержал обычной простуды.